Общество
Исповедь врача из красной зоны: "Не забуду страх в глазах"

Спасти удалось не всех

7 июля, 21:35

Исповедь врача из красной зоны: "Не забуду страх в глазах"

21:35
68
Исповедь врача из красной зоны: "Не забуду страх в глазах"

«После ИВЛ кто-то остается инвалидом»

— В самом начале пандемии врачи были напуганы не столько самой болезнью, сколько плохим пониманием, как помочь инфицированным людям, — начал свой рассказ Виктор Юрьевич. — Мы, доктора, знали: вирус новый, доказанных лекарств от него нет, и больным по сути помочь трудно. Тот случай, когда уместно говорить: повезет — не повезет.

Поначалу казалось, что от коронавируса умирают в основном пожилые люди. Но это не совсем так. Молодые, здоровые до инфицирования мужчины 45–55 лет тоже порой оказывались на грани жизни и смерти. И к этому невозможно привыкнуть. Но больше всего меня поразило, что и сами молодые пациенты это понимали: в их глазах я увидел реальный страх смерти. «Доктор, а я умру?» — этот прямой вопрос обескураживал и даже шокировал. Я более десяти лет проработал в реанимации, но с такой реакцией столкнулся впервые.

Несомненно, новый смертельный вирус — это вызов всему человечеству, системе здравоохранения, всем врачам, медработникам и, конечно, самим людям. Хорошо, что в схватке с новым врагом Россия не была первой: уже имелся некий опыт у других стран. В нашем центре руководство создало все условия для изучения и использования зарубежной медицинской практики борьбы с COVID-19. Были опробованы многие способы терапии, в результате чего стала более очевидной и понятной организация процесса лечения, профилактики, самоизоляции. У российского здравоохранения было в запасе 2–3 месяца, чтобы сориентироваться и подготовиться.

С позиций сегодняшнего дня наши представления об этой инфекции кардинально отличаются от того, что было в самом начале пандемии, в феврале–марте. Хотя и сейчас нигде в мире нет полноценных лекарств, чтобы гарантированно вылечить заразившихся COVID-19 и предотвратить опасные для жизни осложнения. Целый ряд препаратов, на которые вначале возлагали большие надежды, оказался не столь эффективным. Более того, наличие побочных эффектов, особенно у пожилых, заставили от них отказаться. Выяснилось, что у возрастных людей с букетом серьезных хронических заболеваний после этих лекарств возникали опасные для жизни нарушения сердечного ритма.

Контингент пациентов в нашем НМИЦ эндокринологии Минздрава России — один из самых тяжелых (сахарный диабет, другие эндокринные патологии, ожирение и др.). Но когда накладывается еще и коронавирус, организм не всегда справляется. Тем более что поначалу, как лечить человека в ситуации «два в одном», врачи толком не знали.

Как оказалось, проведение искусственной вентиляции легких не спасает. Мировые исследования показали, у больных c COVID-19, подключенных к ИВЛ, несмотря на все проводимые мероприятия, сохраняется высокая смертность. Поэтому во многих странах этот спасительный, как казалось в начале пандемии, аппарат ИВЛ стали использовать с осторожностью. И в России сейчас наметилась тенденция подключения к аппарату искусственной вентиляции легких только в крайних случаях.

Отдаленные последствия для пациентов, находившихся на ИВЛ в течение 20–30 дней, пока еще не ясны. Возможно, образовавшиеся «рубцы» в легких со временем рассосутся, а возможно, и нет. Уйдет ли одышка или она останется надолго, будет ясно только через год-два. В условиях больницы, когда у пациента минимум движений, такой вывод сделать невозможно.

При гриппе ИВЛ обычно спасает. Но в ситуации с коронавирусом перевод на аппарат ИВЛ не предотвращает развития полиорганной недостаточности, когда нарушаются функции нескольких органов. А возможно, и сам аппарат, с силой нагнетая воздух в легкие, приводит к дополнительному повреждению легочной ткани. Ведь недаром большинство врачей считает, что надувать воздушные шарики, чтобы «разработать» легкие, при этой инфекции не только не нужно, а даже опасно.

Несомненно радует, что новый вирус практически не опасен для детей. Мы знаем, что они тоже заражаются, но, к счастью, редко тяжело болеют и умирают.

Вот такой получился опыт — методом проб, ошибок и неизбежных потерь… Конечно, непонимания и ошибок поначалу было много, но все сложные случаи подвергались обсуждению на консилиуме, риски старались свести к минимуму, — подытожил наш эксперт.

Фото: Екатерина Артемова

Этот неоднозначный иммунный ответ...

— А самым необычным было то, как реагировал на новый вирус организм человека, — добавляет доктор Калашников. — Мало того что инфекция сама по себе тяжелая, так еще и болезнь протекает нестандартно. Сегодня уже есть лекарства, которые помогают снизить и даже предотвратить риск развития в организме заразившегося коронавирусом цитокинового шторма, очень опасного для жизни пациента, и вывести человека из безнадежного состояния.

Оказалось важным, как организм больного реагирует на коронавирус, каков его иммунный ответ. А реагируют люди по-разному. Вероятно, многое зависит от генетики конкретного пациента и от его «иммунного статуса»: у одного вирусная инфекция пройдет как обычное ОРВИ, у другого — приведет к тяжелым последствиям. Предсказать ответ иммунной системы человека при заражении вирусной инфекцией достаточно сложно. К примеру, в нашем центре проходила лечение от коронавируса семейная пара — муж и жена, обоим по 45 лет. Так вот: муж переболел легко, у него лишь один день было небольшое повышение температуры, а у жены вирус привел к тяжелому поражению легких, потребовалось длительное лечение.

Почему порой молодые пациенты, зараженные коронавирусом, болеют тяжелее пожилых? Потому что у них развивается так называемый патологический иммунный ответ. Иногда собственная иммунная система может не предотвращать, а наоборот, запускать патологический процесс. Как показала наша практика, результат лечения зависит от времени обращения за медицинской помощью.

Вот лишь две поучительные истории.

Мужчина 48 лет долго не вызывал врача, так как чувствовал себя сносно, температура была невысокой. На восьмые сутки температура повысилась, но к врачам он не обратился, решил: «Я молодой, здоровый, справлюсь». Лишь через два дня, когда стал задыхаться, вызвал «скорую». К нам его привезли в состоянии, как принято говорить, на грани… Время было упущено, в легких уже произошли выраженные изменения. Но он продолжал бороться, цеплялся за жизнь, и с помощью правильно подобранной лекарственной терапии удалось спасти человека — через 25 дней он был выписан.

Другая история: отец и сын тоже обратились к врачам поздновато. Поступили к нам одновременно. Отец вылечился, а сын, молодой парень, умер. «Помог» избыточный вес. Следует сказать, что практически все молодые, умершие от COVID-19, были с ожирением.

Фото: Екатерина Артемова

«Вероятность заболеть коронавирусом будет сохраняться и дальше»


Источник: mk.ru
Узнавайте новости первыми!
Канал в TelegramНаш канал в Telegram Подписаться в WhatsAppПодписаться в WhatsApp

Оцените новость

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Читайте также